Антонов "Расстрелянная разведка" (рецензия)

На этот раз предлагаю своим читателям очередную книгу, посвященную сразу нескольким темам. Основная "советские спецслужбы 1920-1940е года", подчиненная "БТ-1937", и несколько второстепенных (" политика СССР и др.держав в межвоенный период", пр). Книга несет двойственный характер. С одной стороны, она предназначена для прочтения тем лицам, у которых очень слабое представление о целях и задачах спецслужб, в книге практически нет терминов. Что облегчает чтение материала. Она разбита по главам. каждому герою предназначена отдельная глава, и в ней описание судьбы ГГ разбавляется описанием общей политической ситуации в стране пребывания, специфики, отношение ее руководства к СССР. Так несколько интересных фактов я почерпнул именно отсюда.
Автор все время старается придерживаться в русле официальной точки зрения на БТ-1937. Даже если при этом идет грубое искажение фактов. Но при этом старается быть объективным, и в следующих абзацах приводит фактаж, который противоречит "официальной точке зрения".
Например, убийство Кирова. Автор пишет, противореча себе: «Сам Сталин, разумеется, вскоре понял истинные причины убийства Кирова. Однако он уже не мог дать «обратный ход» развязанному террору». При этом он намеренно искажает картину преступления. У Кирова в тот день не было «охранников», а только 1, и они (он) не «его охрана, догадываясь о конфиденциальном характере беседы, отошла в сторону», а кто-то "притормозил" Борисова за руку намеренно, чтобы "товарищ Киров по мужски поговорил с Николаевым". И Мильда Драуле, жена Николаева, знала о подготовке ее мужем убийства, т.к. читала его дневник. И она не была не официанткой в Смольном, а работала в архиве, который находился на одном этаже с кабинетом Кирова (до известного скандала с сослуживицей из-за начальника архива, которого "не поделили"), и только тогда была переведена.
Почему-то Медведь и Запорожец назначили Кирову всего 1 охранника, пожилого Борисова, не имевшего спецподготовки. И тот самый Борисов, который «случайно» погиб в ДТП, когда его везли на допрос к Сталину. На единственной машине, стоящей у входа в Смольный, в которой «случайно» лопнула рессора, но погиб только Борисов, сидящий в..кузове грузовика. В деле так много "случайностей", что там нет ничего "случайного".
И сам автор пишет: "Сталин ни прямого, пи косвенного отношения к убийству Кирова не имел. Он полностью доверял своему другу и даже планировал перевести его в Москву на более ответственный пост. К слову сказать, когда вышла в свет книга Сталина «Вопросы ленинизма», он преподнес ее Кирову с дар¬ственной надписью: «Моему дорогому другу, брату моему любимому от автора». Этот автограф отражал истинное отношение Сталина к своему соратнику.
Как рассказывала одному из авторов этой книги Елена Николаевна Трясунова (фамилия указана по мужу), работавшая в секретариате генсека в те драматические дни, Сталин был потрясен трагической гибелью своего самого близкого друга. У него буквально дрожали руки и срывался голос. Он все время повторял: «Что же происходит? Неужели ОНИ уже убивают нас?» Они — это троцкистско-зиновьевская оппозиция."
В Википедии этих всех подробностей нет.
И так во всем. Например, П.Зубов намеренно срывает важную внешнеполитическую операцию в Белграде, которую Сталин проводил совместно с Бенешем. Если думаете, что "деспот и тиран" приказал расстрелять Зубова, ошибаетесь.Автор это никак не комментирует, а мне интересно узнать: а сколько еще таких ответственных лиц в спецслужбах много брали на себя, "поправляя" руководство СССР?!
Дальше. Автор утверждает, что «невозвращенец» Орлов «никого не сдал», и при этом абзацем ниже упоминает, как Орлов предупредил Троцкого о агенте в его окружении. К счастью, Троцкий не поверил, считая себя гением конспирации, и операция «Утка» была завершена. Другие авторы утверждают, что Орлов все таки сдал нескольких наших агентов, а «кембриджцев» или опасался, или оставил на крайний случай.
Ну и для тех, кто поддался на миф о "самом выдающемся менеджере 20 века Л.Берия", эта книга тоже дает достаточно информации для его развенчания. Так, еще Артузов (Фраучи) создавал в Западной Европе задел для перехода резидентур и диверсионных подразделений на запасные, защищенные позиции, обеспечение связи с Центром в "особый период". "Великий менеджер" это все разрушил, и стабильной связи с "Красной капеллой" Центр уже не имел до конца войны, а диверсионные подразделения были полностью разгромлены.
Как всегда,привожу избранные цитаты из книги.

Репрессии, охватившие страну в конце 1930-х годов, нанесли огромный ущерб и советской внешней разведке. Они серьезно подорвали ее успешную в целом работу в предшествующие годы. К 1938 году были ликвидированы почти все нелегальные резидентуры, оказались утраченными связи с ценнейшими источниками информации. Некоторые из них были потеряны навсегда. Порой в «легальных» резидентурах оставалось всего 1—2 работника, как правило, молодых и неопытных. Аресты создали в коллективах обстановку растерянности, подозрительности и недоверия.
За годы «ежовщины» были арестованы практически все бывшие и действующие руководители ИНО и многие ведущие разведчики.
Так, 13 мая 1937 года был арестован выдающийся организатор контрразведки и разведки Артур Артузов. 15 июня 1937 года — Станислав Мессинг, работавший тогда уже в Наркомате внешней торговли. 21 ноября 1937 года—первый начальник советской внеш¬ней разведки Яков Давтян (Давыдов). 23 ноября 1938 года — Меер Трилиссер, являвшийся к тому времени ответственным сотрудником Исполкома Коминтерна.
Возглавивший разведку после Артузова комиссар госбезопасности 2-го ранга Абрам Слуцкий 17 февраля 1938 года внезапно скоропостижно скончался в кабинете первого заместителя наркома внутренних дел М. Фриновского. А уже в апреле того же года его посмертно исключили из партии как «врага народа».
Среди них (расстрелянных разведчиков) можно назвать: резидентов в Лондоне А. Чапского, Г. Графпена и Т. Малли; в Париже — С. Глинского и Г. Косенко; в Риме — М. Аксельрода; в Берлине — Б. Гордона; в Нью-Йорке — П. Гутцайта; выдающихся разведчиков-нелегалов Д. Быстролетова, Б. Базарова, Г. Сыроежкина и многих других.
Были арестованы и брошены в тюрьмы Я. Буйкис, И. Лебединский, Я. Серебрянский, И. Каминский, П. Зубов и сотни других разведчиков.
Как отмечает в своем исследовании историк советских органов госбезопасности Д. Прохоров, «в результате так называемых "чисток" в 1937—1938 годах из 450 сотрудников внешней разведки (включая загранаппарат) были репрессированы 275 человек, то есть более половины личного состава». Этот разгром разведки привел к печальным последствиям. В результате со многими ценными агентами была прервана связь, восстановить которую удавалось далеко не всегда. Более того, в 1938 году в течение 127 дней кряду из центрального аппарата внешней разведки руководству страны не докладывалось вообще никакой информации. Случалось, что сообщения на имя Сталина некому было подписывать, и они отправлялись за подписью рядовых сотрудников аппарата разведки.
Дьяконов.
Мартовским вечером 1924 года в вестибюль советского посольства на улице Гренель в Париже вошел среднего роста худощавый господин, одетый в плащ и дорогой темный костюм-тройку. Об¬ратившись к дежурному дипломату, он попросил о немедленной встрече с советским послом:
— Речь идет о военном заговоре против Республики Совдепов. Я — один из непосредственных участников этого заговора. Меня зовут Павел Павлович Дьяконов.
Слово «заговор» подействовало, и гостя сразу же провели в отдельный кабинет, где с ним встретился резидент ИНО ОГПУ. Он попросил Павла Павловича изложить на бумаге ставшие известными ему сведения. Через некоторое время сообщение Дьяконова с соответствующими комментариями резидента было доставлено дипкурьером в Москву. Ознакомившись с ним, руководитель внешней разведки Трилиссер отметил:
«Генерал очень вовремя напомнил о себе. Его сообщению можно верить: он честный служака, в расстрелах и казнях не замешан. Его информация вполне достоверна и перекрывается сведениями из других источников. Впрочем, прежде чем довериться Дьяконову, нам следует его хорошенько изучить: как-никак — это один из видных членов РОВС...»
И страница в Википедии:
«Трест», начало.
Об операциях «Трест» и «Синдикат-2» написано множество книг и статей, сняты кинофильмы. Однако мало кто знает, как родился замысел этих классических чекистских оперативных игр с против¬ником, закончившихся полной победой Артузова и разгромом бело¬гвардейского подполья в нашей стране. А начиналось это так.
В глуши Смоленской губернии проживал генерал-лейтенант царской армии Владимир Джунковский, который в свое время был... шефом Отдельного корпуса жандармов.
От своих сослуживцев этот генерал, причисленный к свите царя, отличался высокой порядочно¬стью и честностью. Он, в частности, возражал против использования в борьбе с большевиками известного провокатора Малиновского, поскольку тот был депутатом Государственной думы, выступал против вербовки охранкой гимназистов, студентов, священнослужителей и рядовых армии.
Именно Джунковский, пользуясь своим нравом прямого доклада царю, рассказал ему о пьяных оргиях «старца» Григория Распутина, за что по настоянию императрицы был отстранен от должности и направлен на фронт командовать дивизией. В декабре 1917 года он уже при большевиках вышел в отставку с сохранением мундира и пенсии, а в ноябре 1918 года выступил свидетелем на процессе провокатора Малиновского. Председателю ВЧК Дзержинскому удалось убедить Владимира Федоровича стать консультантом ВЧК в борьбе с контрреволюцией. Дзержинский познакомил его и с Артузовым.
Джунковский вместе с начальником КРО разработал операцию «Трест», которая стала классическим примером совместной работы разведки и контрразведки и вошла в учебники многих спецслужб мира. Работая над операцией, он пояснял, что чекистам не следует гоняться за отдельными террористами и контрреволюционерами, ибо это ничего не даст. Необходимо создавать легендированные организации, членами которых якобы являются реально существующие лица, хорошо известные в белоэмигрантских кругах. Так родилась легендированная чекистами «Монархистская организация Централь¬ной России» (МОЦР), которая использовалась ими для оперативной игры с Высшим монархическим советом.
Убит при Л.Берия
Что разрушил Берия?!
По указанию Артузова в 1932 году была проведена коренная реорганизация работы разведки в Германии, сочетавшая ведение разведки с «легальных» и нелегальных позиций. На базе нелегальных групп были организованы крупные нелегальные резидентуры, которым поручалось подготовить условия для разведывательной работы на случай войны. Этими резидентурами руководили видные разведчики-нелегалы Василий Зарубин и Федор Парпаров. В 1932 году резидент ОГПУ в Берлине Борис Берман и начальник германского отделения ИНО ОГПУ Отто Штейнбрюк предложили создать за пределами Германии две подрезидентуры, в которых по мобилизационному плану Центра во время войны могли бы обосноваться нелегалы для руководства своей агентурой в Третьем рейхе, где, судя по всему, не осталось бы советских представителей.
…и Ворошилов.
26 сентября 1936 года наркомом внутренних дел стал секретарь ЦК ВКП (б) Николай Ежов, заменив на этом посту Генриха Ягоду.
Отношения между военными и чекистами в Разведупре резко обострились. Для Ворошилова Артузов и его соратники были не только чекистами, но и «людьми Ягоды». 11 января 1937 года по предложению Ворошилова Политбюро приняло решение освободить Артузова и Штейнбрюка от работы в военной разведке и направить их в распоряжение кадров НКВД.
(Для справки).
В начале 1934 года вопрос советско-польских отношений обсуждался на совещании в Кремле. Сталин, опираясь на информацию советского полпреда в Варшаве Антонова-Овсеенко, склонялся к мысли, что следует откликнуться на «реверансы» Варшавы и про-зондировать почву для возможного заключения соглашения с ней. Эту точку зрения вождя разделял и Карл Радек, слывший экспертом Кремля по международным вопросам. На этом совещании в Кремле только Артур Артузов придерживался иного мнения. Опираясь на до-несения советской разведки, он заявил, что поляки ведут нечестную игру и всего лишь делают вид, что собираются сблизиться с СССР. На самом же деле Польша зондирует почву для сговора с Германией в надежде, что Гитлер совместно с ней разделит «советский пирог» в случае войны против СССР.
Жизнь показала правоту Артузова. В декабре 1934 года между Германией и Польшей был подписан договор о добрососедстве и сотрудничестве, направленный против СССР. По этому договору Германия обязалась в случае войны с СССР учесть территориальные претензии Польши к нашей стране.