Гайк Демоян "Турция и карабахский конфликт.Начало войны, чеченские боевики, 1991-1993гг" .
Продолжаю цитировать очень информативную книгу Г.Демояна.
Еще весной 1991 года Тургут Озал первым из турецких президентов нанес визит в Баку, а 9-го ноября 1991г. Турция первой признала независимость Азербайджана.
В начале 1992г. турецкая сторона предприняла попытку воспрепятствовать членству Армении в СБСЕ на Пражском саммите организации.
28 февраля 1992 года «О введении странами - членами СБСЕ и государствами региона эмбарго на поставку оружия и военного снаряжения сторонам, участвующим в карабахском конфликте», хотя сама Турция неоднократно нарушала условия этого соглашения.
В начале марта 1992г. председатель действующего в Измире «Общество культуры, искусства и дружбы с Азербайджаном» Намык Кемаль Бабекар и офицер запаса Зия Кесеоглу выразили готовность сражаться против армян в качестве добровольцев. Митинги в знак солидарности с азербайджанской стороной были организованы также студентами университетов Стамбула и Анкары.
После освобождения армянскими силами самообороны города Шуши С. Демирель, выступая на экстренном заседании кабинета министров, созванном для обсуждения ситуации, сложившей вокруг Нагорного Карабаха, заявил, что произошедшее в Шуши есть «очередной террор армян в отношении азербайджанцев». То, что не удалось пресечь «взятие Шуши», Демирель назвал «настоящей катастрофой». Продолжая свою мысль, турецкий премьер подчеркнул, что впредь Турция не может быть в роли постороннего наблюдателя. Среди сторонников агрессивных действий в отношении Армении выделялся лидер Демократической левой партии Б. Эджевит. Он был сторонником введения турецких войск в Нахиджеван «для отпора армянским силам». И это не случайность. Ведь непосредственным решением именно Б. Эджевита в 1974 году турецкие войска высадились на Северном Кипре, и на территории острова до сих пор расположен турецкий военный контингент.
Турецкие военные инспекторы приступили к обучению около 450 азербайджанских призывников. По причине осторожности, Анкара в основном поставляла в Азербайджан оружие иракской армии советского производства, в большом количестве имевшееся у турецких военных после завершения войны в Персидском заливе, а также трофейные запасы, отобранные у курдских партизан. Более того, начиная с 1990 года Турция импортировала оружие советского образца из арсеналов армии бывшей ГДР. Прямым подтверждением поставок «немецкого оружия» в Азербайджан со стороны Турции является письмо-протест немецкой организации «Союз порабощенных народов», в котором, в частности, утверждалось, что Турция, «приобретая оружие у Германии, поставляет его азербайджанцам».
Около 150 высокопоставленных офицеров турецкой армии, в том числе 10 генералов (в отставке — Г. Д.), в начале 1992г. принимали активное участие в разработке боевых операций и обучении штурмовых и диверсионных подразделений азербайджанской армии. По сообщениям российской прессы, эти офицеры, будучи отставниками, все же были опытными профессиональными военными, отобранными специальной комиссией генштаба турецкой армии. На этом фоне неудивительно, что военным советником нового президента Азербайджана А. Эльчибея стал турецкий генерал Яшар Демирбулак, впоследствии ставший членом Совета Безопасности Азербайджана.
Паралелльно с военными структурами активизировала свою деятельность также турецкая «Национальная разведовательная организация» (тур. аббр. - MIT), тесно сотрудничающая с пантюркистскими организациями, в особенности - с азербайджанским отделением ультранационалистической турецкой организации «Серые волки», являющейся радикальным крылом турецкой «Партии националистического движения» (ПНД) под лидерством А. Тюркеша. Националистические взгляды ПНД отличались ярко выраженным пантюркистским и пантуранистским характером19. «Серые волки» в Азербайджане находились на легальном положении. Здесь насчитывалось около 15 тыс. членов организации, причем все они находились «под ружьем», служа в Национальной армии и МВД, а также в НВФ.
Лидер азербайджанских «Серых волков» Искандер Гамидов считал азербайджанский «Бозкурт» гарантом безопасности азербайджанского народа и территориальной целостности Азербайджана21. Согласно сообщениям турецкой прессы, по инициативе лидера турецких «Серых волков» Алпарслана Тюркеша в Азербайджан были отправлены около 300 боевиков «Бозкурт», расходы которых покрывал МГГ.
Неподалеку от Баку, на станции «Насосная», МГГ организовал учебный центр для подготовки диверсионно-разведывательных групп24. А близ турецко-армянской границы, в вилайетах Карс и Игдир, на территории специальных частей Третьей полевой армии Турции организация «Серые волки» начала вербовку и обучение турецких добровольцев для дальнейшей их переброски в Азербайджан. Для полноты картины отметим, что, к примеру, только в сборный пункт турецкого города Сеидишехир явились 237 добровольцев, изъявивших желание воевать против армян25.
На территории Турции вербовку турецких наемников проводили и азербайджанские офицеры. Один из турецких военнопленных, уроженец города Сиваз А. Юмах признался, что группа офицеров министерства обороны Азербайджана набирала турецких наемников для участия в военных действиях в Карабахе в основном среди бедных слоев населения Трапезунда, Анкары, Карса и т. Д.
На 1992 год в Нахиджеване и в других районах Азербайджана было дислоцировано около трех тысяч турецких наемников и добровольцев28. Будущие кадры для азербайджанской армии готовились и на военных базах Турции, в частности, в Горном гарнизоне Са-рикамыша. По словам турецких солдат, финансовые расходы азербайджанских частей покрывала Саудовская Аравия29.
По данным российской прессы, на конец 1992 года из Турции в Азербайджан было переправлено от 5 до 6 тысяч (!) турецких офицеров и солдат.
Исходя из сложившейся непредвиденной ситуации, 20-го мая 1992г., выступая на пресс-конференции, Главнокомандующий Вооруженными силами СНГ маршал авиации Е. Шапошников предупредил турецкую сторону, заявив, что «если туда добавится еще одна сторона, то мы можем оказаться на грани третьей мировой войны».
17-го августа 1992г. посол США в Анкаре потребовал от МИД Турции объяснений по поводу действий Турции в отношении воздушно-транспортных средств, направляющихся в Армению. В заявлении же турецкой стороны говорилось, что «Турция не намерена под чьим-либо давлением менять свою политику в отношении контроля всех самолетов, летящих в регион карабахского конфликта». Следующим шагом стало присоединение Турции к экономической блокаде Армении, осуществляемой Азербайджаном, что выразилось в запрещении транспортировки по ее территории любых грузов, направляемых в Армению.
В ноябре 1992 года под давлением мощнейшей волны протеста со стороны Азербайджана было аннулировано соглашение о поставках в Армению из Турции 300 миллионов киловатт электроэнергии.
За 1991-1992 гг в результате двух воздушных перевозок в Нахиджеван было доставлено около 5 тысяч автоматов, большое количество обмундирования и минометов.
В середине весны 1992 года Чечню посетила делегация лидеров мусульман Азербайджана, которая встретилась с генералом Дж. Дудаевым. По утверждению некоторых источников, в состав этой делегации инкогнито входили также и представители министерства обороны Азербайджана. Кроме обсуждения вопросов протокольного характера (налаживание связей между двумя странами и народами, объединение усилий по возрождению ислама и т. д.), во время двусторонних встреч обсуждался и вопрос военного сотрудничества. В частности, была обсуждена возможность участия солдат вооруженных сил Чечни в боевых действиях в Нагорном Карабахе, причем оснащение последних бронетехникой и боеприпасами азербайджанская сторона брала на себя.
Однако Дж. Дудаев, по всей видимости, не был заинтересован в открытом вовлечении Чечни в армяно-азербайджанский конфликт и было принято решение привлекать к боевым действиям только чеченских добровольцев — за соответствующую плату. По разным источникам, размеры гонораров чеченских наемников составляли от 600 до 1000 рублей в день.
Вербовка наемников происходила на территории бывшей воинской части на улице Бутырина в Грозном. Подогреваемые идеями исламской и кавказской солидарности, чеченские боевики прибывали в Азербайджан под предводительством небезызвестного полевого командира Шамиля Басаева. Бакинское руководство надеялось с помощью чеченских отрядов окончательно разбить боевой напор карабахских армян. В начале июля 1992 года в Карабахе уже насчитывалось около 300 чеченских наемников. В ходе первых же столкновений с армянскими подразделениями чеченцы понесли серьезные потери и среди убитых азербайджанских солдат армяне нередко находили граждан России из Чечни.
Учитывая дисциплинированность и отвагу чеченцев, азербайджанское армейское руководство назначало их командирами взводов и рот, а нередко с их участием формировались заградительные отряды для расстрела дезертиров и отступающих азербайджанских солдат.
В отличие от боевых действий против грузинских войск в Абхазии, дела у Ш. Басаева в Карабахе шли не столь благополучно и, понеся ощутимые потери, чеченские отряды очень скоро оставили Карабахский ТВД. В ходе боевых действий со стороны армянских сил самообороны было взято в плен несколько чеченцев. Для их освобождения в Степанакерт прибыл представитель официальных чеченских властей и выдача пленных была согласована в ходе переговоров с армянскими властями НКР. Были отозваны также и чеченцы, состоящие в личной охране азербайджанского президента. По странному стечению обстоятельств, это случилось накануне вооруженного выступления мятежного азербайджанского полковника Сурета Гусейнова в Гяндже и последующего марша мятежников на Баку в июне 1993 года Следует отметить, что среди солдат С. Гусейнова тоже были солдаты-чеченцы.
В начале июля 1992г. началась переброска в Чечню большого количества боеприпасов и оружия, ранее использованного в боевых действиях в Нагорном Карабахе. Переправка оружия в Чечню происходила по маршруту Самур (Азербайджан) — Касумкент — Дулбуг -Хаджалмахи — Глох — перевал Харами (Дагестан).
Чеченские наемники во главе с Ш. Басаевым принимали участие в боевых действиях в Шуши в мае 1992г, Агдаме летом 1993г. и были в числе последних, оставивших боевые позиции под давлением армянских сил.
После падения Кельбаджара в апреле 1993г. Т. Озал выступил с желанием «немножко припугнуть армян» или же «бросить несколько бомб на армянскую территорию - для устрашения».
В ходе последнего визита Т. Озала в Азербайджан в середине апреля 1993г., в состав турецкой делегации был включен также генерал-лейтенант турецкой армии Эрдоган Ознал, глава Отделения по ведению специальных боевых операций турецкого Генштаба59.
В апреле 1993 года, во время кельбаджарской операции сил самообороны НКР, с турецкой стороны в Нахиджеван ежедневно проходили около 30 грузовиков с турецкими добровольцами, которые впоследствии перебрасывались в Гянджу.
На базе ВВС Турции близ города Эскишехир 4 самолета типа «Фантом» перешли на 24-часовое военное дежурство, готовые в случае приказа совершить боевой вылет в течении пятнадцати минут67. А Бюлент Эджевит вновь выступил с предложением нанести воздушные удары по южным территориям Армении для открытия коридора между Азербайджаном и Нахиджеваном.
В июле 1993 года силы самообороны НКР обнаружили склад с еще неиспользованными пулеметами и минометами турецкого производства близ села Шахбулах Агдамского района. Этот арсенал в качестве вещественного доказательства турецкой военной помощи Азербайджану был предъявлен председателю Минской группы СБСЕ Марио Рафаэлли, находящемуся в то время в Степанакерте.
В сентябре 1993 года в очередной раз было зафиксировано скопление и активизация турецких военных формирований на турецко—армянской границе. Бронетехника и артиллерия 220-ой механизированной и 9-ой артиллерийской группировки 9-ой Сарикамышской дивизии турецкой армии были размещены в штатном распорядке военного времени в приграничном с Арменией селе Байрактаран74. Новый премьер-министр Турции Тансу Чиллер, обеспокоенная успехами армянских сил в Карабахе, пригрозила, что в случае дальнейших продвижений армян «Турция не собирается сидеть сложа руки». Турция ратифицировала двусторонний договор «О солидарности и сотрудничестве», подписанный в конце 1992г. и предоставлявший «легальную основу для оказания помощи Азербайджану». В сентябрьском наступлении азербайджанских войск по восточному направлению, согласно западным источникам, участвовали около 200 боевиков из турецкой организации «Серые волки».
Сенсационной можно считать публикацию турецкой газеты «Айдынлык» в конце 1993 года, согласно которой турецкая сторона предоставила в распоряжение Генштаба Азербайджана пять тысяч (!) солдат турецкой армии. Журналист, опубликовавший этот материал, был арестован турецкими властями.
Для вербовки турецких и иностранных специалистов была также использована территория самопровозглашенной Турецкой Республики Северного Кипра (ТРСК). Именно из Северного Кипра британские и турецкие наемники перебрасывались в Азербайджан. Для этой цели были организованы чартерные рейсы, посредством которых британские наемники и партии оружия перевозились российскими самолетами с Северного Кипра в Азербайджан. В эту сделку были вовлечены также высокопоставленные турецкие политики и британские дельцы в сфере торговли оружием. Согласно данным турецкой и британской прессы, в обмен на эту услугу азербайджанская сторона обязывалась платить около 150 миллионов фунтов стерлингов ежегодно, главным образом - в виде поставок нефти. Был в курсе сделки и британский Форин Офис. Северный Кипр был избран неслучайно: на территории непризнанной республики не действовали международные договоренности, запрещающие продажу или же передачу оружия конфликтующим сторонам.
Баронесса Кэролайн Кокс, вице-спикер Палаты лордов Великобритании, неоднократно посещавшая Нагорный Карабах с группой международных наблюдателей и зафиксировавшая использование азербайджанской армией запрещенных международными конвенциями видов оружия массового поражения, в том числе турецкого производства, в номере газеты «The Independent» от 24 января 1994г. приводит отрывок разговора с высокопоставленным чиновником британского МИД, который на запрос баронессы о наличии британских наемников в Карабахе отметил, что «ни одна страна не интересуется судьбой другой страны, каждая имеет лишь интересы. Мы имеем нефтяные интересы в Азербайджане». Вице-спикер Палаты лордов завершила свое письмо следующими словами: «Мне никогда еще не было так стыдно быть британцем»94. К. Кокс в своем письме в редакцию газеты указывала: «Если так будет продолжаться, мне будет стыдно, когда мои внуки и правнуки узнают, что наше государство предпочитало торговые интересы правам человека и способствовало уничтожению армян на их исторической родине — в Нагорном Карабахе»
Еще весной 1991 года Тургут Озал первым из турецких президентов нанес визит в Баку, а 9-го ноября 1991г. Турция первой признала независимость Азербайджана.
В начале 1992г. турецкая сторона предприняла попытку воспрепятствовать членству Армении в СБСЕ на Пражском саммите организации.
28 февраля 1992 года «О введении странами - членами СБСЕ и государствами региона эмбарго на поставку оружия и военного снаряжения сторонам, участвующим в карабахском конфликте», хотя сама Турция неоднократно нарушала условия этого соглашения.
В начале марта 1992г. председатель действующего в Измире «Общество культуры, искусства и дружбы с Азербайджаном» Намык Кемаль Бабекар и офицер запаса Зия Кесеоглу выразили готовность сражаться против армян в качестве добровольцев. Митинги в знак солидарности с азербайджанской стороной были организованы также студентами университетов Стамбула и Анкары.
После освобождения армянскими силами самообороны города Шуши С. Демирель, выступая на экстренном заседании кабинета министров, созванном для обсуждения ситуации, сложившей вокруг Нагорного Карабаха, заявил, что произошедшее в Шуши есть «очередной террор армян в отношении азербайджанцев». То, что не удалось пресечь «взятие Шуши», Демирель назвал «настоящей катастрофой». Продолжая свою мысль, турецкий премьер подчеркнул, что впредь Турция не может быть в роли постороннего наблюдателя. Среди сторонников агрессивных действий в отношении Армении выделялся лидер Демократической левой партии Б. Эджевит. Он был сторонником введения турецких войск в Нахиджеван «для отпора армянским силам». И это не случайность. Ведь непосредственным решением именно Б. Эджевита в 1974 году турецкие войска высадились на Северном Кипре, и на территории острова до сих пор расположен турецкий военный контингент.
Турецкие военные инспекторы приступили к обучению около 450 азербайджанских призывников. По причине осторожности, Анкара в основном поставляла в Азербайджан оружие иракской армии советского производства, в большом количестве имевшееся у турецких военных после завершения войны в Персидском заливе, а также трофейные запасы, отобранные у курдских партизан. Более того, начиная с 1990 года Турция импортировала оружие советского образца из арсеналов армии бывшей ГДР. Прямым подтверждением поставок «немецкого оружия» в Азербайджан со стороны Турции является письмо-протест немецкой организации «Союз порабощенных народов», в котором, в частности, утверждалось, что Турция, «приобретая оружие у Германии, поставляет его азербайджанцам».
Около 150 высокопоставленных офицеров турецкой армии, в том числе 10 генералов (в отставке — Г. Д.), в начале 1992г. принимали активное участие в разработке боевых операций и обучении штурмовых и диверсионных подразделений азербайджанской армии. По сообщениям российской прессы, эти офицеры, будучи отставниками, все же были опытными профессиональными военными, отобранными специальной комиссией генштаба турецкой армии. На этом фоне неудивительно, что военным советником нового президента Азербайджана А. Эльчибея стал турецкий генерал Яшар Демирбулак, впоследствии ставший членом Совета Безопасности Азербайджана.
Паралелльно с военными структурами активизировала свою деятельность также турецкая «Национальная разведовательная организация» (тур. аббр. - MIT), тесно сотрудничающая с пантюркистскими организациями, в особенности - с азербайджанским отделением ультранационалистической турецкой организации «Серые волки», являющейся радикальным крылом турецкой «Партии националистического движения» (ПНД) под лидерством А. Тюркеша. Националистические взгляды ПНД отличались ярко выраженным пантюркистским и пантуранистским характером19. «Серые волки» в Азербайджане находились на легальном положении. Здесь насчитывалось около 15 тыс. членов организации, причем все они находились «под ружьем», служа в Национальной армии и МВД, а также в НВФ.
Лидер азербайджанских «Серых волков» Искандер Гамидов считал азербайджанский «Бозкурт» гарантом безопасности азербайджанского народа и территориальной целостности Азербайджана21. Согласно сообщениям турецкой прессы, по инициативе лидера турецких «Серых волков» Алпарслана Тюркеша в Азербайджан были отправлены около 300 боевиков «Бозкурт», расходы которых покрывал МГГ.
Неподалеку от Баку, на станции «Насосная», МГГ организовал учебный центр для подготовки диверсионно-разведывательных групп24. А близ турецко-армянской границы, в вилайетах Карс и Игдир, на территории специальных частей Третьей полевой армии Турции организация «Серые волки» начала вербовку и обучение турецких добровольцев для дальнейшей их переброски в Азербайджан. Для полноты картины отметим, что, к примеру, только в сборный пункт турецкого города Сеидишехир явились 237 добровольцев, изъявивших желание воевать против армян25.
На территории Турции вербовку турецких наемников проводили и азербайджанские офицеры. Один из турецких военнопленных, уроженец города Сиваз А. Юмах признался, что группа офицеров министерства обороны Азербайджана набирала турецких наемников для участия в военных действиях в Карабахе в основном среди бедных слоев населения Трапезунда, Анкары, Карса и т. Д.
На 1992 год в Нахиджеване и в других районах Азербайджана было дислоцировано около трех тысяч турецких наемников и добровольцев28. Будущие кадры для азербайджанской армии готовились и на военных базах Турции, в частности, в Горном гарнизоне Са-рикамыша. По словам турецких солдат, финансовые расходы азербайджанских частей покрывала Саудовская Аравия29.
По данным российской прессы, на конец 1992 года из Турции в Азербайджан было переправлено от 5 до 6 тысяч (!) турецких офицеров и солдат.
Исходя из сложившейся непредвиденной ситуации, 20-го мая 1992г., выступая на пресс-конференции, Главнокомандующий Вооруженными силами СНГ маршал авиации Е. Шапошников предупредил турецкую сторону, заявив, что «если туда добавится еще одна сторона, то мы можем оказаться на грани третьей мировой войны».
17-го августа 1992г. посол США в Анкаре потребовал от МИД Турции объяснений по поводу действий Турции в отношении воздушно-транспортных средств, направляющихся в Армению. В заявлении же турецкой стороны говорилось, что «Турция не намерена под чьим-либо давлением менять свою политику в отношении контроля всех самолетов, летящих в регион карабахского конфликта». Следующим шагом стало присоединение Турции к экономической блокаде Армении, осуществляемой Азербайджаном, что выразилось в запрещении транспортировки по ее территории любых грузов, направляемых в Армению.
В ноябре 1992 года под давлением мощнейшей волны протеста со стороны Азербайджана было аннулировано соглашение о поставках в Армению из Турции 300 миллионов киловатт электроэнергии.
За 1991-1992 гг в результате двух воздушных перевозок в Нахиджеван было доставлено около 5 тысяч автоматов, большое количество обмундирования и минометов.
В середине весны 1992 года Чечню посетила делегация лидеров мусульман Азербайджана, которая встретилась с генералом Дж. Дудаевым. По утверждению некоторых источников, в состав этой делегации инкогнито входили также и представители министерства обороны Азербайджана. Кроме обсуждения вопросов протокольного характера (налаживание связей между двумя странами и народами, объединение усилий по возрождению ислама и т. д.), во время двусторонних встреч обсуждался и вопрос военного сотрудничества. В частности, была обсуждена возможность участия солдат вооруженных сил Чечни в боевых действиях в Нагорном Карабахе, причем оснащение последних бронетехникой и боеприпасами азербайджанская сторона брала на себя.
Однако Дж. Дудаев, по всей видимости, не был заинтересован в открытом вовлечении Чечни в армяно-азербайджанский конфликт и было принято решение привлекать к боевым действиям только чеченских добровольцев — за соответствующую плату. По разным источникам, размеры гонораров чеченских наемников составляли от 600 до 1000 рублей в день.
Вербовка наемников происходила на территории бывшей воинской части на улице Бутырина в Грозном. Подогреваемые идеями исламской и кавказской солидарности, чеченские боевики прибывали в Азербайджан под предводительством небезызвестного полевого командира Шамиля Басаева. Бакинское руководство надеялось с помощью чеченских отрядов окончательно разбить боевой напор карабахских армян. В начале июля 1992 года в Карабахе уже насчитывалось около 300 чеченских наемников. В ходе первых же столкновений с армянскими подразделениями чеченцы понесли серьезные потери и среди убитых азербайджанских солдат армяне нередко находили граждан России из Чечни.
Учитывая дисциплинированность и отвагу чеченцев, азербайджанское армейское руководство назначало их командирами взводов и рот, а нередко с их участием формировались заградительные отряды для расстрела дезертиров и отступающих азербайджанских солдат.
В отличие от боевых действий против грузинских войск в Абхазии, дела у Ш. Басаева в Карабахе шли не столь благополучно и, понеся ощутимые потери, чеченские отряды очень скоро оставили Карабахский ТВД. В ходе боевых действий со стороны армянских сил самообороны было взято в плен несколько чеченцев. Для их освобождения в Степанакерт прибыл представитель официальных чеченских властей и выдача пленных была согласована в ходе переговоров с армянскими властями НКР. Были отозваны также и чеченцы, состоящие в личной охране азербайджанского президента. По странному стечению обстоятельств, это случилось накануне вооруженного выступления мятежного азербайджанского полковника Сурета Гусейнова в Гяндже и последующего марша мятежников на Баку в июне 1993 года Следует отметить, что среди солдат С. Гусейнова тоже были солдаты-чеченцы.
В начале июля 1992г. началась переброска в Чечню большого количества боеприпасов и оружия, ранее использованного в боевых действиях в Нагорном Карабахе. Переправка оружия в Чечню происходила по маршруту Самур (Азербайджан) — Касумкент — Дулбуг -Хаджалмахи — Глох — перевал Харами (Дагестан).
Чеченские наемники во главе с Ш. Басаевым принимали участие в боевых действиях в Шуши в мае 1992г, Агдаме летом 1993г. и были в числе последних, оставивших боевые позиции под давлением армянских сил.
После падения Кельбаджара в апреле 1993г. Т. Озал выступил с желанием «немножко припугнуть армян» или же «бросить несколько бомб на армянскую территорию - для устрашения».
В ходе последнего визита Т. Озала в Азербайджан в середине апреля 1993г., в состав турецкой делегации был включен также генерал-лейтенант турецкой армии Эрдоган Ознал, глава Отделения по ведению специальных боевых операций турецкого Генштаба59.
В апреле 1993 года, во время кельбаджарской операции сил самообороны НКР, с турецкой стороны в Нахиджеван ежедневно проходили около 30 грузовиков с турецкими добровольцами, которые впоследствии перебрасывались в Гянджу.
На базе ВВС Турции близ города Эскишехир 4 самолета типа «Фантом» перешли на 24-часовое военное дежурство, готовые в случае приказа совершить боевой вылет в течении пятнадцати минут67. А Бюлент Эджевит вновь выступил с предложением нанести воздушные удары по южным территориям Армении для открытия коридора между Азербайджаном и Нахиджеваном.
В июле 1993 года силы самообороны НКР обнаружили склад с еще неиспользованными пулеметами и минометами турецкого производства близ села Шахбулах Агдамского района. Этот арсенал в качестве вещественного доказательства турецкой военной помощи Азербайджану был предъявлен председателю Минской группы СБСЕ Марио Рафаэлли, находящемуся в то время в Степанакерте.
В сентябре 1993 года в очередной раз было зафиксировано скопление и активизация турецких военных формирований на турецко—армянской границе. Бронетехника и артиллерия 220-ой механизированной и 9-ой артиллерийской группировки 9-ой Сарикамышской дивизии турецкой армии были размещены в штатном распорядке военного времени в приграничном с Арменией селе Байрактаран74. Новый премьер-министр Турции Тансу Чиллер, обеспокоенная успехами армянских сил в Карабахе, пригрозила, что в случае дальнейших продвижений армян «Турция не собирается сидеть сложа руки». Турция ратифицировала двусторонний договор «О солидарности и сотрудничестве», подписанный в конце 1992г. и предоставлявший «легальную основу для оказания помощи Азербайджану». В сентябрьском наступлении азербайджанских войск по восточному направлению, согласно западным источникам, участвовали около 200 боевиков из турецкой организации «Серые волки».
Сенсационной можно считать публикацию турецкой газеты «Айдынлык» в конце 1993 года, согласно которой турецкая сторона предоставила в распоряжение Генштаба Азербайджана пять тысяч (!) солдат турецкой армии. Журналист, опубликовавший этот материал, был арестован турецкими властями.
Для вербовки турецких и иностранных специалистов была также использована территория самопровозглашенной Турецкой Республики Северного Кипра (ТРСК). Именно из Северного Кипра британские и турецкие наемники перебрасывались в Азербайджан. Для этой цели были организованы чартерные рейсы, посредством которых британские наемники и партии оружия перевозились российскими самолетами с Северного Кипра в Азербайджан. В эту сделку были вовлечены также высокопоставленные турецкие политики и британские дельцы в сфере торговли оружием. Согласно данным турецкой и британской прессы, в обмен на эту услугу азербайджанская сторона обязывалась платить около 150 миллионов фунтов стерлингов ежегодно, главным образом - в виде поставок нефти. Был в курсе сделки и британский Форин Офис. Северный Кипр был избран неслучайно: на территории непризнанной республики не действовали международные договоренности, запрещающие продажу или же передачу оружия конфликтующим сторонам.
Баронесса Кэролайн Кокс, вице-спикер Палаты лордов Великобритании, неоднократно посещавшая Нагорный Карабах с группой международных наблюдателей и зафиксировавшая использование азербайджанской армией запрещенных международными конвенциями видов оружия массового поражения, в том числе турецкого производства, в номере газеты «The Independent» от 24 января 1994г. приводит отрывок разговора с высокопоставленным чиновником британского МИД, который на запрос баронессы о наличии британских наемников в Карабахе отметил, что «ни одна страна не интересуется судьбой другой страны, каждая имеет лишь интересы. Мы имеем нефтяные интересы в Азербайджане». Вице-спикер Палаты лордов завершила свое письмо следующими словами: «Мне никогда еще не было так стыдно быть британцем»94. К. Кокс в своем письме в редакцию газеты указывала: «Если так будет продолжаться, мне будет стыдно, когда мои внуки и правнуки узнают, что наше государство предпочитало торговые интересы правам человека и способствовало уничтожению армян на их исторической родине — в Нагорном Карабахе»