Бута Е.М. "Черная месса Уайти Балджера" Детство.Первый арест.МК-Ультра.Освобождение.
Продолжаю цитировать книгу Буты Е.М.
В 1880-х годах Манхэттен накрыла первая волна эмигрантов из Италии. Начались уличные столкновения с итальянскими бандами. Гангстеры из солнечной Европы стали посягать на святой алкогольный бизнес ирландцев, уже считавших себя коренными американцами. В ответ на банду «Черная рука» была организована «Белая рука», которая длительное время сопротивлялась итальянской мафии. Внутренние распри погубили группировку слишком быстро. Убийства Билла Ловетта, Ричарда Лонергана и нескольких других лидеров буквально уничтожили «Белую руку». К 1925 году организация полностью прекратила свое существование.
Новый этап в истории ирландской мафии начался в 1960-х годах. Именно тогда развила свою деятельность ирландская банда «Вестиз». Уроженцы района Адской кухни во главе с Микки Спиллэйном, Эдди МакГратом, Джеймсом Кунаном, Микки Физерстоуном, и Эдвардом Камински очень скоро превратились в легенду ирландской мафии. Прежде всего «Вестиз» специализировались на продаже алкоголя.
В середине 1970-х годов в районе Адской кухни началось строительство нового жилого комплекса. Курировать проект захотела семья Дженовезе. Спиллэйн и его «Вестиз» казались итальянской семье слабыми противниками. Кунан не собирался просто так отдавать Адскую кухню Дженовезе, поэтому он пошел к другой итальянской семье – Гамбино. Заключив сделку с Роем Демео из клана Гамбино, Джеймс ознаменовал начало конца ирландской мафии в Нью-Йорке. Ирландская преступная группа же отныне должна была отдавать 10 % своих доходов клану Гамбино, в качестве платы за дружбу.
Бостон, как уже говорилось, всегда «принадлежал» ирландцам. Город на восточном побережье Атлантики всегда служил первым прибежищем переселенцев из Ирландии. На протяжении веков сюда пребывали корабли с эмигрантами. Соседей, как и полагается, терпеть не могли. Несмотря на то, что между Бостоном и Дублином весьма значительное расстояние, равное ширине Атлантического океана, уроженцы восточного побережья традиционно недолюбливали ирландцев. Как всегда, больше всех эмигрантов ненавидели американцы с ирландскими корнями.
Ситуация изменилась в 1840-х годах, когда Ирландию поразил Великий Картофельный голод. С 1845 по 1849 годы численность населения Ирландии сократилась на 25 %. И без того обедневшие люди тем страшным летом 1845 года фактически стали нищими. Грибок уничтожил все урожаи картофеля, жизненно важного для Ирландии продукта. Корабли шли через Атлантический океан многие недели, а то и месяцы. Плавучие суда были переполнены людьми. Эмигранты были вынуждены ютиться по десятку человек в каюте. Съестных припасов категорически не хватало. В условиях замкнутого пространства и ослабленного иммунитета любой вирус превращался в смертельную эпидемию. Корабли с эмигрантами из Ирландии вскоре начали называть плавучими гробами. В пути погибали 10–20 % экипажа.
Изможденные, уставшие и голодные люди сходили на берег в надежде на счастье. Ни работы, ни денег у них, конечно, не было. Поскольку это была чужая для них страна, часто эмигранты начинали промышлять воровством.
Стоит ли говорить о том, что коренные жители Бостона недолюбливали людей, прибывших на таких кораблях? Вернее, их ненавидели и презирали. В те годы на улице часто можно было встретить таблички, на которых значилось: «собакам и ирландцам вход воспрещен».
Ни фермеры, ни их дети не были готовы к жизни в крупном американском городе. Они не знали основ работы на производстве, не умели продавать. Сельское хозяйство в Бостоне было не в почете, поэтому эмигранты оказались загнаны в угол, в прямом и переносном смысле слова. В конечном счете, коренное население добилось того, чтобы ирландцы селились не в городе, а на южной его окраине. Так образовался легендарный южный Бостон, или Southie.
На момент отмены Сухого закона итальянцы мафиозо парвили в городе, благодаря убийствам лидеров вожаков ирландцев. Но вскоре на место банды Гастис пришла легендарная преступная Уинтер Хилл, вытеснившая мафию из Бостона
Детство.
Семья Уайти Балджера в начале 1938 года вынуждена была переехать в южный Бостон. Для Джейн и Джеймса Балджера старшего это был единственный способ выжить. Джеймс женился на юной Джейн, когда той едва исполнилось двадцать лет. Угрюмый рабочий Джеймс был вдвое старше своей избранницы. Тем не менее, они поженились и зажили счастливо. В 1927 году у них родился первый ребенок. Девочку решили назвать в честь матери – Джейн. Спустя год жена Балджера вновь забеременела, и в 1929 году на свет появился Джеймс Джозеф Балджер младший.
В аварии на верфи руку Джеймса зажало между двумя вагонами. Конечность пришлось ампутировать. Операция действительно прошла успешно, и через неделю Джеймс уже мог принимать посетителей. Работать на верфи он только больше не мог. Нужно было кормить жену и троих детей. Балджер-старший заказал себе протез руки. Несмотря на ужасные боли в уже несуществующей конечности, мужчина вскоре вышел на работу. Протез он прятал в кармане брюк, стараясь как можно быстрее научиться работать одной рукой. Афера с треском провалилась и через пару месяцев Балджера старшего уволили без выходного пособия.
В начале 1938 года Балджеры стали одними из первых новоселов нового района южного Бостона. Маккормак решил тем самым подольститься к жителям города. Там то и дело случались стычки и бунты, уровень безработицы просто зашкаливал. С этим нужно было что-то делать. Old Colony Harbor стал одним из первых проектов по улучшению уровня жизни в этой части города. Билли на тот момент было всего четыре года.
Билли, брата Балджера, ребята из подростковой банды Трилистников прозвали Лучиком. После ужина Балджеры разбредались по своим комнатам и вскоре засыпали. Уайти тихонько выскальзывал за дверь и шатался вместе с друзьями по улицам Southie, а Билли утаскивал к себе в комнату фонарик и читал книжки. Все так привыкли к едва заметному свету этого фонарика, то и дело мелькающему в окнах спальни, что Билли стал Лучиком.
В 1943 году Уайти впервые привели в полицейский участок. Поводом послужило воровство: он с парой приятелей попытался ограбить грузовик. Затем Уайти в очередной раз попался полиции и, на сей раз, он был уже достаточно взрослым, чтобы определить его в колонию для несовершеннолетних. Билли тем временем продолжал дни и ночи напролет проводить за учебниками. Лучшим другом Билли стал Билл Макдоно, корреспондент школьной газеты. Они познакомились в первый день Билли в средней школе и моментально нашли общий язык. Билл и Билли будут продолжать дружить многие десятилетия.
После возвращения из армии в 1955 Уайти с друзьями ограбил банк. Они взяли 52 тыс.долларов-солидную сумму на тот момент. Затем повторное, уже не такое прибыльное. И в 1956г был арестован. Пригвоор-20 лет тюрьмы.
В тюрьме, чтобы получить УДО, Уйти подписался на государственную программу в испытании новых медпрепаратов. На нем испытывали действие ЛСД и других подобных препаратов.
Проблема заключалась в том, что препарат вызывал психоделический психоз. На поверхность всплывали скрытые, внутренние проблемы человека. Тимоти Лири, Станислав Гроф и ряд других психологов, практикующих в 1950-60-х годах, были свято убеждены, что при правильном применении этот препарат способен помочь в решении личностных проблем. Абсолютно безопасный для организма человека (по мнению большинства ученых), этот препарат способен был оказывать многолетнее воздействие на психику человека. Переживания во время приема оказывались настолько сильными, что человек и через несколько лет способен был во всех деталях вспомнить пережитое. То есть по факту: пережить действие наркотика заново. Впоследствии совершенно безумный и не менее гениальный Тим Лири будет утверждать, что негативное действие препарат может вызывать не из-за индивидуальных особенностей человека или неправильной дозировки, а из-за неправильно организованного процесса употребления.
С точки зрения психологов 1960-х процесс употребления препарата был специально направленным на отрицательный результат. Впрочем, никто не говорил о том, какого именно эффекта хотят добиться доктора программы ЦРУ «МК-Ультра».
После сорвавшейся попытки побега Уйати переводят в знаменитую тюрьму со строгим режимом Алькатрас. Заключенный AZ1428 прибыл в Алькатрас 2 ноября 1959 года. Джеймс Джозеф Балджер стал одним из 148 последних заключенных самой старой тюрьмы Америки.
За время, проведенное Уайти в тюрьме, он кардинально изменился. Большую часть свободного времени он старался посвящать самообразованию. Вскоре, уровень его знаний вполне мог конкурировать с выпускниками Гарварда и Кембриджа. Хотя, надо признать, специализация у этих знаний была весьма специфическая: история мафии и тактика войны.
Незаменимых людей, как известно, не бывает. Пока Джеймс Балджер отбывал свой срок в Алькатрасе, в Бостоне разгорелся новый раунд борьбы за власть. В Southie ее стали называть Троянской войной, так как поводом для ее начала послужил конфликт из-за девушки.
В те годы на улицах южного Бостона перестрелки стали очень частым явлением. При любом столкновении деловых интересов человека просто устраняли.
Однажды, в одном из баров Бостона агент ФБР Дэннис Кондон встретил Эдди Маклафлина. Молодой человек был сильно пьян.
– Скажи своему брату, чтобы успокоился, так больше не может продолжаться.
– Своему брату скажи, чтобы успокоился, – огрызнулся в ответ Маклафлин.
Такое оскорбление агент ФБР перенести не смог. Кондон набрал номер знакомого гангстера по имени Стивен Флемми и пересказал историю.
– …В целом я просто хотел рассказать о том, что он каждый день на одной и той же автобусной остановке по утрам бывает, – закончил Кондон.
– Понял, – коротко ответил Стивен.
На следующий день, Эдди Маклафлин был расстрелян.
В 1880-х годах Манхэттен накрыла первая волна эмигрантов из Италии. Начались уличные столкновения с итальянскими бандами. Гангстеры из солнечной Европы стали посягать на святой алкогольный бизнес ирландцев, уже считавших себя коренными американцами. В ответ на банду «Черная рука» была организована «Белая рука», которая длительное время сопротивлялась итальянской мафии. Внутренние распри погубили группировку слишком быстро. Убийства Билла Ловетта, Ричарда Лонергана и нескольких других лидеров буквально уничтожили «Белую руку». К 1925 году организация полностью прекратила свое существование.
Новый этап в истории ирландской мафии начался в 1960-х годах. Именно тогда развила свою деятельность ирландская банда «Вестиз». Уроженцы района Адской кухни во главе с Микки Спиллэйном, Эдди МакГратом, Джеймсом Кунаном, Микки Физерстоуном, и Эдвардом Камински очень скоро превратились в легенду ирландской мафии. Прежде всего «Вестиз» специализировались на продаже алкоголя.
В середине 1970-х годов в районе Адской кухни началось строительство нового жилого комплекса. Курировать проект захотела семья Дженовезе. Спиллэйн и его «Вестиз» казались итальянской семье слабыми противниками. Кунан не собирался просто так отдавать Адскую кухню Дженовезе, поэтому он пошел к другой итальянской семье – Гамбино. Заключив сделку с Роем Демео из клана Гамбино, Джеймс ознаменовал начало конца ирландской мафии в Нью-Йорке. Ирландская преступная группа же отныне должна была отдавать 10 % своих доходов клану Гамбино, в качестве платы за дружбу.
Бостон, как уже говорилось, всегда «принадлежал» ирландцам. Город на восточном побережье Атлантики всегда служил первым прибежищем переселенцев из Ирландии. На протяжении веков сюда пребывали корабли с эмигрантами. Соседей, как и полагается, терпеть не могли. Несмотря на то, что между Бостоном и Дублином весьма значительное расстояние, равное ширине Атлантического океана, уроженцы восточного побережья традиционно недолюбливали ирландцев. Как всегда, больше всех эмигрантов ненавидели американцы с ирландскими корнями.
Ситуация изменилась в 1840-х годах, когда Ирландию поразил Великий Картофельный голод. С 1845 по 1849 годы численность населения Ирландии сократилась на 25 %. И без того обедневшие люди тем страшным летом 1845 года фактически стали нищими. Грибок уничтожил все урожаи картофеля, жизненно важного для Ирландии продукта. Корабли шли через Атлантический океан многие недели, а то и месяцы. Плавучие суда были переполнены людьми. Эмигранты были вынуждены ютиться по десятку человек в каюте. Съестных припасов категорически не хватало. В условиях замкнутого пространства и ослабленного иммунитета любой вирус превращался в смертельную эпидемию. Корабли с эмигрантами из Ирландии вскоре начали называть плавучими гробами. В пути погибали 10–20 % экипажа.
Изможденные, уставшие и голодные люди сходили на берег в надежде на счастье. Ни работы, ни денег у них, конечно, не было. Поскольку это была чужая для них страна, часто эмигранты начинали промышлять воровством.
Стоит ли говорить о том, что коренные жители Бостона недолюбливали людей, прибывших на таких кораблях? Вернее, их ненавидели и презирали. В те годы на улице часто можно было встретить таблички, на которых значилось: «собакам и ирландцам вход воспрещен».
Ни фермеры, ни их дети не были готовы к жизни в крупном американском городе. Они не знали основ работы на производстве, не умели продавать. Сельское хозяйство в Бостоне было не в почете, поэтому эмигранты оказались загнаны в угол, в прямом и переносном смысле слова. В конечном счете, коренное население добилось того, чтобы ирландцы селились не в городе, а на южной его окраине. Так образовался легендарный южный Бостон, или Southie.
На момент отмены Сухого закона итальянцы мафиозо парвили в городе, благодаря убийствам лидеров вожаков ирландцев. Но вскоре на место банды Гастис пришла легендарная преступная Уинтер Хилл, вытеснившая мафию из Бостона
Детство.
Семья Уайти Балджера в начале 1938 года вынуждена была переехать в южный Бостон. Для Джейн и Джеймса Балджера старшего это был единственный способ выжить. Джеймс женился на юной Джейн, когда той едва исполнилось двадцать лет. Угрюмый рабочий Джеймс был вдвое старше своей избранницы. Тем не менее, они поженились и зажили счастливо. В 1927 году у них родился первый ребенок. Девочку решили назвать в честь матери – Джейн. Спустя год жена Балджера вновь забеременела, и в 1929 году на свет появился Джеймс Джозеф Балджер младший.
В аварии на верфи руку Джеймса зажало между двумя вагонами. Конечность пришлось ампутировать. Операция действительно прошла успешно, и через неделю Джеймс уже мог принимать посетителей. Работать на верфи он только больше не мог. Нужно было кормить жену и троих детей. Балджер-старший заказал себе протез руки. Несмотря на ужасные боли в уже несуществующей конечности, мужчина вскоре вышел на работу. Протез он прятал в кармане брюк, стараясь как можно быстрее научиться работать одной рукой. Афера с треском провалилась и через пару месяцев Балджера старшего уволили без выходного пособия.
В начале 1938 года Балджеры стали одними из первых новоселов нового района южного Бостона. Маккормак решил тем самым подольститься к жителям города. Там то и дело случались стычки и бунты, уровень безработицы просто зашкаливал. С этим нужно было что-то делать. Old Colony Harbor стал одним из первых проектов по улучшению уровня жизни в этой части города. Билли на тот момент было всего четыре года.
Билли, брата Балджера, ребята из подростковой банды Трилистников прозвали Лучиком. После ужина Балджеры разбредались по своим комнатам и вскоре засыпали. Уайти тихонько выскальзывал за дверь и шатался вместе с друзьями по улицам Southie, а Билли утаскивал к себе в комнату фонарик и читал книжки. Все так привыкли к едва заметному свету этого фонарика, то и дело мелькающему в окнах спальни, что Билли стал Лучиком.
В 1943 году Уайти впервые привели в полицейский участок. Поводом послужило воровство: он с парой приятелей попытался ограбить грузовик. Затем Уайти в очередной раз попался полиции и, на сей раз, он был уже достаточно взрослым, чтобы определить его в колонию для несовершеннолетних. Билли тем временем продолжал дни и ночи напролет проводить за учебниками. Лучшим другом Билли стал Билл Макдоно, корреспондент школьной газеты. Они познакомились в первый день Билли в средней школе и моментально нашли общий язык. Билл и Билли будут продолжать дружить многие десятилетия.
После возвращения из армии в 1955 Уайти с друзьями ограбил банк. Они взяли 52 тыс.долларов-солидную сумму на тот момент. Затем повторное, уже не такое прибыльное. И в 1956г был арестован. Пригвоор-20 лет тюрьмы.
В тюрьме, чтобы получить УДО, Уйти подписался на государственную программу в испытании новых медпрепаратов. На нем испытывали действие ЛСД и других подобных препаратов.
Проблема заключалась в том, что препарат вызывал психоделический психоз. На поверхность всплывали скрытые, внутренние проблемы человека. Тимоти Лири, Станислав Гроф и ряд других психологов, практикующих в 1950-60-х годах, были свято убеждены, что при правильном применении этот препарат способен помочь в решении личностных проблем. Абсолютно безопасный для организма человека (по мнению большинства ученых), этот препарат способен был оказывать многолетнее воздействие на психику человека. Переживания во время приема оказывались настолько сильными, что человек и через несколько лет способен был во всех деталях вспомнить пережитое. То есть по факту: пережить действие наркотика заново. Впоследствии совершенно безумный и не менее гениальный Тим Лири будет утверждать, что негативное действие препарат может вызывать не из-за индивидуальных особенностей человека или неправильной дозировки, а из-за неправильно организованного процесса употребления.
С точки зрения психологов 1960-х процесс употребления препарата был специально направленным на отрицательный результат. Впрочем, никто не говорил о том, какого именно эффекта хотят добиться доктора программы ЦРУ «МК-Ультра».
После сорвавшейся попытки побега Уйати переводят в знаменитую тюрьму со строгим режимом Алькатрас. Заключенный AZ1428 прибыл в Алькатрас 2 ноября 1959 года. Джеймс Джозеф Балджер стал одним из 148 последних заключенных самой старой тюрьмы Америки.
За время, проведенное Уайти в тюрьме, он кардинально изменился. Большую часть свободного времени он старался посвящать самообразованию. Вскоре, уровень его знаний вполне мог конкурировать с выпускниками Гарварда и Кембриджа. Хотя, надо признать, специализация у этих знаний была весьма специфическая: история мафии и тактика войны.
Незаменимых людей, как известно, не бывает. Пока Джеймс Балджер отбывал свой срок в Алькатрасе, в Бостоне разгорелся новый раунд борьбы за власть. В Southie ее стали называть Троянской войной, так как поводом для ее начала послужил конфликт из-за девушки.
В те годы на улицах южного Бостона перестрелки стали очень частым явлением. При любом столкновении деловых интересов человека просто устраняли.
Однажды, в одном из баров Бостона агент ФБР Дэннис Кондон встретил Эдди Маклафлина. Молодой человек был сильно пьян.
– Скажи своему брату, чтобы успокоился, так больше не может продолжаться.
– Своему брату скажи, чтобы успокоился, – огрызнулся в ответ Маклафлин.
Такое оскорбление агент ФБР перенести не смог. Кондон набрал номер знакомого гангстера по имени Стивен Флемми и пересказал историю.
– …В целом я просто хотел рассказать о том, что он каждый день на одной и той же автобусной остановке по утрам бывает, – закончил Кондон.
– Понял, – коротко ответил Стивен.
На следующий день, Эдди Маклафлин был расстрелян.